Художник Дмитрий Врубель, прославившийся поцелуем Брежнева и Хоннекера на Берлинской стене, заметил, что «150 миллионов россиян смогли в последние годы породить только один полновесный бренд, и этот бренд – Путин».
Трудно не согласиться. Путин, безусловно, самый известный персональный бренд, опережающий по узнаваемости и влиянию все, что существует на постсоветском пространстве. Это самый дорогой из российских брендов. Даже зампред думского комитета по госстроительству Ирина Яровая на форуме в Иваново признала, что Путин – это сформировавшийся и раскрученный бренд. Более того, это динамичный бренд, ибо Россия продолжает оставаться Россией Путина. Именно так она воспринимается в мире. Это бренд не ее прошлого, а настоящего и, может быть, будущего. Внутри страны фамилия Путин обладает феноменальной силой.
Однако Россия не была бы Россией, если бы в ней перевелись разного рода махинаторы. Раз в стране есть дорогой бренд, неизбежно найдутся желающие использовать его с выгодой для себя. Это может быть обыгрывание фамилии национального лидера на этикетках водки, банок с баклажанами, предвыборных плакатах или нижнем белье. Но не только там можно встретить этот бренд.
Например, когда военный инженер по автотракторной технике из Рязани в одночасье становится влиятельным банкиром – это курьезно, но вряд ли достойно серьезного интереса. Иное дело, если этот инженер является носителем главного национального бренда.
Судите сами. В 2007 году членом совета директоров «Автовазбанка» стал Игорь Путин, не имевший до того момента никакого отношения к банковскому бизнесу, но зато приходящийся двоюродным братом Владимиру Путину, то есть создателю бренда. Неудивительно, что банк, печально знаменитый со времен Березовского, тут же проявил амбиции попасть в российский топ-50, а член банковского комитета Госдумы Анатолий Аксаков с детской прямотой объяснил: «Данный банк хороший, так как в плохие банки люди с такими фамилиями не заходят». Деление банков на хорошие и плохие на основании фамилии – крайне пикантный метод рыночного регулирования в стране, создающей у себя международный финансовый центр. Но именно так работает любой бренд: он воздействует не на разум, а на эмоции и подсознание.
В сентябре этого года, сохранив банковский пост в Тольятти, Игорь Путин стал вице-президентом московского «Мастер-Банка». Число «хороших банков» в стране сразу удвоилось. «Мастер-Банк», естественно, тоже немедленно заговорил о планах вхождения в топ-50. Пресс-секретарю премьера Дмитрию Пескову пришлось срочно объяснять, что Владимир Путин узнал о карьерном рывке родственника из газет. «Этим все сказано», — подчеркнул Песков. Но, видимо, убедил не всех.
Согласно пресс-релизу «Мастер-Банка», Игорь Путин будет «заниматься реализацией стратегии развития» с целью расширения банкоматной сети, хотя по их количеству (более 1300) этот банк и так обогнал в Москве все банки страны. Зачем же «Мастер-Банку» человек с фамилией Путин?
Ответ прост. Сегодня в целом ряде уголовных дел выявлена одна и та же схема обналичивания: деньги перечисляются на счета фирм-однодневок в «Мастер-Банке», оттуда — на пластиковые карты этого же банка, но выпущенные на подставных или умерших лиц. Затем через ту самую сеть банкоматов извлекались наличные. Только по трем делам из числа находящихся сегодня в разработке следователей обналичка составила 130 млрд рублей. Говоря милицейским языком, эти деньги «выведены из-под государственного контроля и налогообложения».
Понятно, что такому банку очень нужен Путин, ибо бренд фамилии открывает любые двери. Неспроста банкир Путин сразу же посетил Следственный комитет при МВД. Ноу-хау здесь нет: методы «сыновей лейтенанта Шмидта» эффективны и в наши дни, а рьяные чиновники по-прежнему являются идеальным объектом для манипуляции.
Как известно из книги Ильфа и Петрова, чиновников, под видом оригинала получивших подделку, ждет как минимум разочарование. Главное — в другом. Открыто наносится мощный ущерб настоящему бренду, доверие к которому снижается при каждом столкновении с подделкой. В данной ситуации все еще серьезней. Обесценивание и шельмование фамилии Путин, имитация самого узнаваемого национального бренда прямо противоречит интересам страны и бьет по ее репутации в мире. Если же банкир Путин действует с согласия своего двоюродного брата, то это уже совсем другая история. Но последнее маловероятно: ни «Автовазбанк», ни «Мастер-Банк» так и не вошли в топ-50.
Автор: Николай Злобин n-zlobin.livejournal.com
